Часть 3. Теперь я дома...

Часть 3. Теперь я дома... А тем временем наш отец, сбежавший из тюрьмы, шел по тайге к месту нашей ссылки.

И не знал, увидит свою семью в живых или нет.

Сам он чудом избежал смерти. Его должны были расстрелять — он знал это и готовился. Тогда много составляли ложных протоколов, показывающих, что у человека якобы было много батраков, — чтобы расстрелять его. Двоим его сокамерникам уже руки связали, повели на расстрел. Один из них, Иван Моисеев, успел сказать:

— Передайте нашим — всё кончено!

Пришла очередь и моего папки. Пришел прораб и говорит:

— Этих четверых сегодня на работу не пускать — их в расход.

Среди них был и отец. А прораб этот оказался его хорошим знакомым. Показал ему знаком — молчи, значит. Потом тайно вызвал к себе отца и помог бежать из тюрьмы.

Другой отцовский друг, дядя Макар, бегал в соседнюю деревню, чтобы узнать адрес, где мы находимся. И пошел отец пешком с Алтайского края в Томскую область. Полтора месяца шел, пешком одолел 800 километров. Без хлеба шел - боялся в деревни заходить, людей боялся. Питался сырыми грибами и ягодами. Спал все время под открытым небом - благо лето было.


Нашел он нас в августе 1930 года. Сапоги изношенные, худой-прехудой, обросший, горбатый, грязный - совершенно неузнаваемый человек, старик стариком! Мы, дети, в это время в костер таскали все, что только могли поднять. Тоже грязные — мыла-то нет. «Старик» этот закричал громко:

— Где тут барнаульские? Ему показывают:

— Вот эта улица Томская, а вон та - Барнаульская. Он пошел по Барнаульской «улице».

Видит — мамка моя сидит, вшей на детской одежонке бьёт. Узнал её — перекрестился, заплакал и упал на землю! Затрясся от волнения и закричал:

— Вот теперь я дома! Вот теперь я дома!

Она от него отскочила — не узнала его совершенно. Он поднял голову, а в глазах — слезы:

— Катя! Ты меня не узнала?! А ведь это я! Только по голосу она признала мужа, нас зовет:

— Дети, идите скорей! Отец пришёл!!!

Я быстро подбежал. Папка меня за руку поймал, а я вырываюсь, плачу. Испугался: что за старик оборванный меня сыночком называет. А он держит меня:

- Сынок! Да я же твой папка! - да как заплачет снова -обидно ему, что я не узнал его.


Потом другие детки подошли: 5-летний братишка Василий, 3-летняя сестричка Клавдия. Отец снимает с себя самодельный рюкзачок — холщовый мешок, вытаскивает грязненькое полотенце, в него была завернута зимняя шапка, а в ней — заветный мешочек. Развязал его отец и дает нам по сухарику. А сухарики такие круглые, маленькие, как куриный желток, - для нас хранил, хотя сам полтора месяца голодал. Дает нам по сухарику и плачет:

— Больше нечего дать вам, детки!

А у нас самих только вареная трава — нечего нам больше покушать. А отец так ослаб, что не может на ногах стоять. Мужики, которые барак строили, услыхали, подскочили:

— Яков Федорович! Это ты?! -Я...

Пообнимали его, поплакали. Но покормить нечем — у всех только трава. Красный кипрей. Мамка поставила отцу миску травы и его сухари ему же отдает:

— Ты сам покушай, мы-то привыкли травой питаться... Отец наелся травы. Дядя Миша Панин дал ему поллитровую кружку киселя. Он пил-пил, потом повалился на землю. Посмотрели — живой. Накрыли каким-то тряпьем. Всю ночь спал отец — не шелохнулся.

На другой день он проснулся — солнце уж высоко стояло. Опять заплакал. Начал молиться:

— Слава Богу! Вот теперь я дома!

Снова накормили его травой — тем, что было.

— Давайте топор! — поплевал на руки и пошёл работать.

Он же мастер. Все сделать мог — все дома в нашей новой деревне строил, с фундамента до крыши. Быстро построили барак. Только глухой ночью бросали работы — керосину-то не было. А отец и ночами работал — за неделю дом себе срубил, не спал нисколько. Представьте только: за неделю дом срубить! Вот как они работали!..


Я смотрю на тех людей и на нынешних. О-о-ох, какие мы лодыри. Мы страшные лодыри по сравнению с нашими отцами. Как же они работали! Да и мы, мальчики, даже малыши, едва ходить научившиеся, — уже будь здоров как вкалывали! Мне было семь с половиной лет, а я уж топором работал — папаша в соседних деревнях топор нашел. А корчевали как? Обрубим корни вокруг дерева, ждем, когда ветер его повалит. Тогда обрубаем сучки — на дрова, в костер, пеньки — в кучу, а само дерево — на строительство.
Рейтинг:  +7
Татто
6 марта 2017 года 84 5
Коды для вставки:

HTML-код:
BB-код для форумов:

Как это будет выглядеть?
Diets.ru Часть 3. Теперь я дома...
  А тем временем наш отец, сбежавший из тюрьмы, шел по тайге к месту нашей ссылки.
И не знал, увидит свою семью в живых или нет.
Сам он чудом избежал смерти. Его должны были расстрелять — он знал это и готовился. Тогда много составляли ложных протоколов, показывающих, что у человека якобы было много батраков, — чтобы расстрелять его... Читать полностью
 


Дневник группы "Православие.":



Комментарии:

6 марта 2017 года
+1

6 марта 2017 года
+1
Не надо плакать Надо быть сильными и добрыми Храни Вас Бог

6 марта 2017 года
+2
Сила веры с людьми творит чудеса! спасибо Танечка!!!!!!

8 марта 2017 года
+1
Спасибо,Танюшенька!!!

8 марта 2017 года
+2


Оставить свой комментарий
B i "


Статусы:

Я не худею, я лечусь.

Valissa
3 дня назад
Konfetka288Смотреть правде в глаза
МотиккЕсли вы не можете изменить ситуацию, измените свое отношение к ней!
Zarina Minху(д)ею.
НЕжныйАНГЕЛ-22кг!!! Йухуууу!!!
yakovenco523Хочу быть счастливой
ОТКРОВЕНИЯКак перестать считать себя гением синей птицы?
Bliss FitshapeДлинный путь начинается с первого шага...
NiKkiLeeGi«Если чувствуешь, что сдаешься, вспомни, ради чего ты держался до этого»...© Джаред Лето
Анюта Макаровану и что, что сначала, главное, что я не останавливаюсь и не опускаю руки

Все статусы
Рассылки о диетах и похудении:
еженедельная